Интервью c организаторами Teamwriting Insight по итогам питчинга 2019-го года PDF Печать

Считается, что в российском кинематографе без связей – никак. Но организаторы питчинга сценарных проектов Teamwriting Insight уже пятый год подряд проводили свое мероприятие, не зависев ни от государства, ни от частных кинопроизводителей. Причём, стабильно продают проекты и помогают новым авторам войти в профессию. Как им это удается – расскажут основатели питчинга Фёдор Деревянский и Дмитрий Живов, а также редактор питчинга Евгения Бурасова.

С.Б.: Мы не общались с вами два года, расскажите, как развивается ваш питчинг сценарных проектов?

Фёдор: Главная цель питчинга – реализация представленных проектов. Не абстрактный «продюсерский интерес» и не утешительные сертификаты от спонсоров, а заключение контрактов. И мы действительно стали подписывать больше. Если в прошлые годы мы стремились к двум проданных проектам в сезон, то сегодня это не предел.

С.Б.: Но два проекта в год – и так довольно много. Ни один известный мне питчинг, кроме вашего, не заявляет о подобных успехах.

Дмитрий: В отличие от них, мы готовим каждый проект в ручном режиме и выносим на презентацию исключительно крепкий материал. Все наши авторы заслуживают самого серьезного внимания со стороны индустрии. Поэтому на прошлогоднем питчинге, который прошел в апреле 2018-го, мы продали четыре проекта. Два сериала: «Окна с видом на горизонт» приобретён компанией Дмитрия Рудовского и «Семейное право» приобретен Сони Пикчерс. И два полных метра «По тонкому льду» и «Внеклассные чтения», которые в сентябре 2018-го и июне 2019-го были представлены на питчинге Министерства Культуры. Получается, продюсеры приобрели право на 4 проекта из 11 – это почти что 40% всей программы.

Если в прошлые годы мы стремились к двум проданным проектам в сезон, то сегодня это не предел.

pitch2019_04.jpg Евгения: Можно я немного спущу нас на землю? Да, мы используем продажи как мерило оценки успеха работы коллег и даже своей собственной. Как факт, что ты можешь зарабатывать деньги сценарной деятельностью. Но тем авторам, которые будут в этом году впервые участвовать в питчинге, важно понять, что «продано» это еще не равно «снято», «вышло в прокат или эфир». Какой бы ни был замечательный автор и его проект, но, чтобы фильм состоялся, должно совпасть много факторов, на многие из которых мы пока не можем повлиять. Хотя обязательно попробуем в будущем.

Так будет экранизирован хоть один из этих замечательных проектов или нет?

Дмитрий: Обязательно. «Внеклассные чтения» стал первым проектом нашего питчинга, получившим госфинансирование, и теперь точно будет экранизирован.
Фёдор: Но нужно понимать, что питчинг – это не аукцион, на котором проекты разлетаются в тот же вечер. Продюсеры приходят посмотреть на авторов и их выступления, но может пройти немало времени, прежде чем они дозреют для покупки. Эти четыре проданных проекта – плод кропотливой работы, которую мы ведём на протяжении всего года, рассылая проекты, рассказывая и напомина о них на встречах, выискивая возможности показать их в том числе и тем представителям продакшн-компаний, у которых не получилось прийти к нам на питчинг.
Евгения: Да, мы тоже - не ведущие аукциона, чтобы презентовать проекты и сразу о них забыть. Каждый раз, когда у нас есть возможность показать какие-то разработки продюсерам, а Teamwriting регулярно встречается с самыми разными представителями индустрии, мы показываем не только свои личные проекты, но и лучшее за все время существования питчинга. Так, например, на первом питчинге у нас был проект «Мой папа – мой одноклассник», на который заключила контракт одна из молодых кинокомпаний. Компания инициировала дальнейшую разработку проекта, но в какой-то момент исчерпала возможности по продвижению. Как только права вернулись к авторам, сценарий при поддержке Teamwriting снова начал поиски продюсера и в этом году обрел его в лице Ивана Лопатина. То есть мы почти пять лет вовлечены в судьбу этого сценария. Мы помним про все проекты-победители, а Дима и Федя еще помнят, кажется, вообще всех авторов, ну или почти всех, за все годы!

В апреле нас посетили сорок представителей производящих студий и телеканалов, все они приходят к нам с чётким пониманием, что увидят не наброски каких-то идей и замыслов, а готовый для приобретения сценарный продукт.

Последний питчинг состоялся совсем недавно. Есть ли какой-то конкретный интерес продюсеров к представленным там проектам?

Дмитрий: Важно разделять интерес в формате “взяли почитать/взяли в разработку/похвалили” и “заключили контракт/заплатили”. За пять лет у нас не было ни одного финалиста, к которому после питчинга не обратились бы продюсеры. Другие питчинги в качестве своих успехов обычно выводят на первый план именно такой вид продюсерского интереса. Мы же делаем ставку на коммерческие соглашения.
Федор: И минимальную норму по заключению контрактов мы уже перевыполнили. Один проект, «Аляска», был почти сразу подписан Дмитрием Рудовским. Полный метр «Битва за свет» также нашел партнеров, автор Яна Поляруш выступит режиссером и сопродюсером. А с третьим проектом произошла совершенно уникальная для нас история – продюсер приобрёл его ещё на этапе лонг-листа. На одной из встреч я просто рассказал, какие проекты прошли у нас в лонг-лист, и буквально через несколько минут мы с продюсером пожали друг другу руки. Речь идёт об анимационном проекте «Коты Эрмитажа», который приобрёл Василий Ровенский.

…если проект дорабатывается нами в режиме регулярных консультаций, то у него наивысшие шансы пройти в лонг-лист.

pitch2019_03.jpgВ наших прошлых встречах вы рассказывали о вашей методологии отбора и доработки проектов. Связан ли рост в продажах с какими-либо изменениями в этой методологии

Дмитрий: Рост продаж связан с двумя факторами. Во-первых, наш питчинг прошел уже пять раз, готовится шестой – естественно, повышается узнаваемость и репутация мероприятия. В апреле нас посетили сорок представителей производящих студий и телеканалов, все они приходят к нам с чётким пониманием, что увидят не наброски каких-то идей и замыслов, а готовый для приобретения сценарный продукт – конкурентоспособный как с точки зрения художественного уровня, так и чисто ремесленных параметров - сопроводительные документы, оформление и т.д. Растёт и наша личная репутация как экспертов, способных в индивидуальном порядке продвинуть тот или иной проект.
Фёдор: Но, как вы правильно заметили, технология нашей работы тоже совершенствуется. Если в первые годы мы проводили редакторские разборы только письменно, то постепенно поняли, что не всем авторам удобно работать в таком формате. Для многих более полезным является обсуждение проекта в личной беседе. И с прошлого сезона питчинга мы активно внедряем такую форму работы, как очные часовые консультации редактора с автором. Поскольку наши авторы рассредоточены по всей России и даже зарубежью, консультации, как правило, проводятся через видеоконференцию по скайпу.

…даже самая "интимная" работа с редакторами не дает никаких гарантий – все, в конечном счете, определяется лишь качеством материала на выходе.

Мне казалось, работать с документом, где чёрным по белому изложены все предложения по сценарию – гораздо удобнее. Эта ваша рецензия, вы мне показывали образцы, останется у меня, в отличие от какого-то часа по скайпу. В чем смысл?

pitch2019_02.jpgДмитрий: Во-первых, консультации не заменяют письменный разбор – автор получает и то, и другое. Часто, получив письменный разбор, автор не совсем понимает, что с этим делать, с чего начать, у автора могут появиться десятки вопросов. Очная консультация как раз и позволяет их задать. А кроме того, если обратиться к нашей практике, собственно, написания сценариев в соавторстве, то нет более эффективной формы, чем сесть вместе с соавтором и в живом обсуждении найти новые креативные решения. Это происходит и на консультации. Хорошая консультация – это не интервью, не лекция по драматургии, хотя и то, и другое по желанию автора может иметь место, а именно генерация идей.
Федор: У консультации есть и второе незаменимое преимущество. Надо честно признать, что мы крайне редко получаем на питчинг проекты, требующие лишь какой-то косметической доработки. Как правило, все наоборот – то, что автор может считать готовым текстом, в действительности является наброском в настолько ранней стадии, что ни один продюсер им пока не заинтересуется. Тут нечему удивляться, продюсеры работают с профессиональными авторами, вся жизнь которых состоит из написания историй. Эти авторы пишут сотни, иногда тысячи страниц в год. Было бы странно ожидать, что начинающий автор сядет и напишет на том же уровне. Так вот у нас есть тариф, на котором консультации мы проводим регулярно – каждые две недели, начиная от поступления заявки и до завершения приема работ первого января.
Дмитрий: Этот тариф обязывает нас регулярно работать с автором, даже если проект изначально кажется безнадёжным. И, знаете, происходят чудеса – через три–четыре таких встречи ощущение безнадёжности уходит. И если автор начинает консультации в сентябре, и мы работаем с ним до января, то в наших силах поднять практически любой материал.
Евгения: А еще, не будем забывать, что консультация это в некотором смысле психологическая поддержка для автора. Мы, авторы, вроде бы все разные, но почти все, неважно, новичок ты или маститый драматург, очень ранимые. Конечно, мы учитываем это в разборах, ищем способы сообщить о проблемах самым деликатным образом. Но в реальности мы все равно оставляем автора один на один с разбором. И порой личные эмоции закрывают от конкурсанта смысл редакторских комментариев. Чтобы помочь это преодолеть, во многом и нужны наши консультации.
Дмитрий: У нас действительно есть статистика, что если проект дорабатывается нами в режиме регулярных консультаций, то у него наивысшие шансы пройти в лонг-лист. И поэтому в этом году мы еще плотнее вводим очные консультации в нашу тарифную сетку.

Каждый год происходит ситуация, когда проект, который казался нам слишком нестандартным, становился лидером по количеству обращений после питчинга.

Как я понимаю, в этой работе вы творчески включаетесь в материал автора. Значит ли это, что вам уже на чисто эмоциональном уровне будет сложно отказать проекту? То есть, эти консультации – своего рода, лайфхак?

Федор: Мы честно предупреждаем автора, что даже самая "интимная" работа с редакторами не дает никаких гарантий – все, в конечном счете, определяется лишь качеством материала на выходе. К своим собственным сценариям мы применяем ровно те же самые требования. И тем не менее, если автор между консультациями не халтурит, если ведет записи, если выполняет все наши задания, проект объективно будет расти.
Дмитрий: Как бы редактор, взявший проект под свое крыло, его ни любил, всем проектам предстоит пройти общую редколлегию. На которой собираются все редакторы питчинга, это пять–шесть человек. Большая часть из них увидит представленный проект вообще впервые, и если он получился слабее остальных, никто в шорт-лист его не пропустит.

Подождите, вот вы, Фёдор и Дмитрий – основатели и организаторы питчинга. У вас даже на странице в Википедии написано, что вы разбираете по двести с лишним проектов в год. И вы говорите, что проект, который вы готовили лично, может разнести любой рядовой редактор, ваш подчинённый?

pitch2019_01.jpgФёдор: Да, и это одна из самых сильных сторон нашей системы подготовки. Надо понимать, что на питчинге мы можем представить только 10–12 проектов, а на редколлегию выходит, условно, 20–25. Если я, к примеру, продавлю все свои проекты, то для проектов моих коллег чисто технически не останется места. Поэтому каждый бьется за свое и старается аргументировать недостатки в других. По своему опыту знаю, что, когда ты приготовил к питчингу шесть проектов, в каждый вложил душу, а на редколлегии два из них разбивают в пух и прах – это, мягко сказать, неприятно. Но без такой жёсткой процедуры невозможно получить действительно сильный конкурс.
Дмитрий: И надо помнить, что продюсеры, которые постоянно к нам приходят, не ждут от нас слабых проектов. Мы сами задали себе достаточно высокий стандарт качества и не можем его уронить.

Но за пять лет вы наверняка уже достаточно неплохо изучили вкусы продюсеров. Если вы пытаетесь попасть в их ожидания, то самое простое – выходить к ним с копиями уже снятых проектов, предлагать некое форматное кино, у которого действительно наибольшие шансы быть выкупленным. И забыть про действительно свежие, нестандартные, экспериментальные проекты.

Фёдор: Во-первых, запросы рынка тоже меняются. Когда мы проводили первый питчинг в 2014-м году, представить, что у нас появится собственный Нетфликс, интернет-платформы со своим контентом – можно было лишь в киносценарии фантастического жанра. Сегодня – это реальность. Это растущий рынок со своими потребностями, совершенно иными, чем у эфирного телевидения. И история показывает, что тот, кто не меняется, кто не ищет нового и занимается лишь самокопированием – проигрывает. Во-вторых, продюсеры сами любят, чтобы их удивляли. И ждут этого от нас. Каждый год происходит ситуация, когда проект, который казался нам слишком нестандартным, становился лидером по количеству обращений после питчинга. Последний пример – "Аляска". Вы давно видели русский вестерн? А русский вестерн в Америке?
Дмитрий: За этот проект между продюсерами развернулась настоящая битва. И я бы добавил, что мы сами в одном лице и авторы, и зрители, и нам не интересно тиражировать середняк. А без личного интереса невозможно представить какую-то глубокую вовлеченность в работу над чужим проектом.

Наш питчинг позволяет действительно продать проект, но даже если этого не случилось, готовясь к нему, участвуя в нём, вы проходите школу профессионального сценариста.

И всё-таки, какой стратегии тогда придерживаться авторам – пытаться вас удивить или высылать добротное, форматное кино?

Фёдор: Если у автора есть и то и другое, он может отправить нам и то, и другое – у нас нет ограничений на количество заявок. Если вы присылаете традиционный сериал формата телеканала "Россия", то мы тоже возьмём его на питчинг. Мы в любом случае будем прокачивать именно те сильные стороны проекта, которые позволят его продать, будь это форматность или экспериментальность.

Получается, в каждом проекте можно найти, за что зацепиться. Почему же в финал выходит только дюжина, а не, к примеру, 50?

Дмитрий: Потому что мы ограничены шестью месяцами подготовки, что на самом деле, не так уж и много. Мы были бы очень рады получать проекты, не требующие вообще никакой доработки – сразу ставили бы их на питчинг, экономили бы и силы, и время. Но такие проекты попадаются исключительно редко. И поэтому до питчинга доходят те проекты, которые мы были в состоянии довести до готовности за отведённые для этого месяцы. Для проектов, которые в этот список не попали, часто требуется ещё больше времени, и если автор достаточно настойчив, если он продолжит работу и в межсезонье и отправит нам свою заявку на следующий год – мы это очень ценим, вот это и есть, выражаясь по-вашему, лайфхак.

Но таких авторов – не очень много?

Дмитрий: Гораздо меньше тех, кто, получив, иногда разгромный редакторский разбор, опускают руки, считают себя или нас бездарностями и ничего не делают. Я очень надеюсь, что мои слова их как-то воодушевят – друзья, если вы продолжите работать, совершенствовать свою задумку с нашей помощью или без неё – вы так или иначе добьетесь успеха. Может быть, не с этим сценарием, но мы в Тимрайтинг посредством питчинга находим активных и целеустремлённых авторов и приглашаем их в нашу команду.
Фёдор: Если измерять достижения питчинга в историческом масштабе, то они выражаются не в проданных проектах, а в тех людях, с которыми мы, благодаря питчингу, познакомились, подружились, и для некоторых из них это вообще стало входом в профессию. Человек только мечтал работать сценаристом, а теперь этим зарабатывает. Благодаря питчингу, наши ряды пополнили Ольга Антонова, Евгений Гущин, Григорий Учаев, Лев Шадрин, прямо сейчас несколько новых авторов работают с нами на коммерческих проектах – можно считать это испытательным сроком перед официальным зачислением в нашу авторскую команду. Наш питчинг позволяет действительно продать проект, но даже если этого не случилось, готовясь к нему, участвуя в нём, вы проходите школу профессионального сценариста. Если вы желаете этим зарабатывать, мы вам поможем, авторы нужны постоянно.

В каком направлении будет развиваться ваш питчинг?

Фёдор: В сторону повышения доступности наших услуг. Каждый год нам приходится повышать цену, чтобы сдерживать количество поступающих заявок. Участники нашего конкурса знают, что мы очень внимательно анализируем каждую, без исключения, работу. Пытаемся разглядеть те грани и глубины истории, которые упустил даже ее автор. И такое погружение в материал не позволяет нам «переварить» тысячи заявок, как на бесплатных питчингах. Приходилось перекидывать часть работы на коллег, и до этого года эта работа была совершенно непрозрачна для авторов. Попадет ли заявка ко мне, к Дмитрию или к другому редактору – было, фактически, лотереей. В этом году мы решили навести порядок и выделить отдельный тариф, не повышая расценок, на котором анализировать заявки и составлять разборы будут наши коллеги из Тимрайтинга – опытные редакторы и финалисты нашего питчинга. Мы с Дмитрием продолжим лично вести проекты на отдельных тарифах, чтобы участники точно знали, что платят именно за то, чтобы с ними работали мы, а не кто-то другой. При этом мы обещаем, что качество разборов наших коллег ничем не уступит нашему – мы делаем всё, чтобы привлечь в команду питчинга самых сильных редакторов.
Дмитрий: И мы всегда нацелены на более тесную интеграцию с продакшн-компаниями. Уже сейчас не так-то просто найти компанию, которая не знает про наш питчинг и не направляет на него своих представителей. В перспективе мы наверняка введем отдельные целевые конкурсные категории, внедрим оригинальные образовательные мероприятия. Питчинг всегда был интересен нам как великолепная площадка для поиска новых творческих решений и возможность обрести новых друзей и коллег. И мы всегда ищем, как Teamwriting Insight может стать более эффективным в этом отношении.

Спасибо, ребята.

 

Беседу вел Станислав Баревский, пресс-секретарь Союза независимых авторов и издателей